Французский пожарный рассказал о последних словах Принцессы Дианы

В годовщину смерти принцессы один из французских пожарных, быстрее всех прибывший на место аварии, в интервью The Сон вспомнил о последних словах леди Дианы.

«Машина была полностью разбита, и мы делали свою работу также, как делали бы ее с любой другой машиной», говорит Ксавье Гурмелон. «Когда мы приехали в туннель Pont de l’Alma, то сразу же решили определить кого еще можно спасти, а кто был уже мертв».

Согласно Гурмелону, Диана была еще в сознании и открыла глаза, когда он вытащил ее из разбитого Мерседеса.

«Она немного могла двигаться, я видел, что она еще жива. У нее была легкая рана правого плеча, но помимо этого я не заметил ничего серьезного. На ней вообще не было крови. Когда я вытащил ее, она спросила «О Господи, что произошло?».

Когда Гурмелон и члены его команды положили Диану на носилки, у нее случилась остановка сердца.

«Я помассировал ее сердце, и через несколько секунд она снова задышала. Конечно, для меня это было большим облегчением, потому что мы первые отреагировали на вызов, и нам хотелось спасти ей жизнь. И я думал, что сделал это. Насколько я узнал тогда, в машине скорой помощи она была еще жива, и я ожидал, что она поправится. Но позже она умерла в больнице, и это меня очень сильно расстроило».

Теперь уже пожарный на пенсии, тогда он не понимал, что женщина, которую он достал из машины, была Принцесса Диана. По его словам, об этом ему сообщил один из парамедиков, когда ее уже загрузили в машину скорой помощи.

«Я был так потрясен. Мне сказали кто она, но я плохо был знаком с королевской семьей Британии. Тогда я подошел к машине скорой помощи, заглянул туда и тогда действительно узнал ее», говорит Ксавье Гурмелон.

Пожарный также вспомнил, что телохранитель Дианы, Тревор Рис-Джонс, несмотря на собственное ранение, пытался дотянуться до Принцессы с переднего сидения автомобиля.

«Он все спрашивал где она где она, но мои коллеги велели ему успокоиться и не разговаривать. Я сказал ему, что никто из моих ребят не говорит по-английски, поэтому ему лучше было не говорить и не двигаться. Я сказал ему, чтобы он не беспокоился, что мы обо всех позаботимся».

Гурмелон говорит, что за 20 лет он публично не рассказывал о той ночи, потому что продолжал служить в пожарной службе, и ему было запрещено разглашать какую-либо информацию, касающуюся той аварии. Но недавно он вышел на пенсию, и теперь запрет для него снят.

Leave comment

Your email address will not be published. Required fields are marked with *.